Что хотели скрыть в арбитражном споре юристы ульяновских медучреждений?

Центральная городская клиническая больница взыскивает с Медсанчасти более 4 миллионов рублей за вскрытие трупов умерших от ковида пациентов.

 Подробности скандального судебного процесса

Экономический спор между крупнейшими больницами города Ульяновска ЦГКБ и МСЧ обнажил шокирующие факты пугающей статистики смертности от коронавируса в 2020 году. В марте текущего года руководство Центральной городской клинической больницы обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с иском о взыскании 4,1 млн руб к Центральной клинической медико-санитарной части имени заслуженного врача России В.А. Егорова.

Суть самого иска тщательно скрывалась, поскольку в опубликованных в картотека суда документах не было указано, за что одна государственная больница пытается отсудить у другой столь крупную сумму денег. Подробности дела были скрыты от внимания посторонних. В судебное заседание корреспондент Simbirsk.City пробрался с большим трудом. Несмотря на заранее подготовленное и предоставленное в суд ходатайство об участии в процессе в качестве представителя средства массовой информации, стороны по делу высказались резко против присутствия журналиста в процессе, мотивируя это тем, что в Ульяновской области появляется много статей, порочащих и всячески дискредитирующих лечебные учреждения».

«Уважаемый суд, прошу вас устранить с заседания. Считаю, что материалы рассматриваемого дела относятся и к коммерческой тайне, относятся и к персональным данным, потому что говорим о пациентах, в том числе даже об умерших пациентах», — заявила представитель ЦК МСЧ. Против присутствия журналиста высказалась и представитель ЦГКБ Ульяновска.

Взяв во внимание позицию представителей ЦГКБ и МСЧ, судья Марина Страдымова попросила корреспондента предоставить дополнительно информацию, а именно свидетельство о регистрации СМИ, после чего объявила перерыв. Пауза длилась подозрительно долго для подобного рода мелких вопросов — порядка получаса. За это время истец и ответчик успели вдоволь насмеяться, обсудить собачек, свекровей, огороды, чужую зарплату в размере 15 тысяч рублей, но главным в их диалоге был разговор о том, ехать после суда домой или возвращаться на работу – эта тема заняла основной период ожидания. Через полчаса всех участников пригласили в зал суда. Судья зачитала предоставленные редакцией документы, а затем снова обратилась с вопросом к истцу и ответчику. Позиция последних не изменилась, обе женщины были категорически против присутствия журналиста Simbirsk.City. Федеральный судья объяснила не желавшим огласки юристам медучреждений, что процесс является открытым. Это означает, что представитель СМИ имеет право присутствовать на заседании.

С первых же минут стало понятно, почему наличие прессы в зале суда было недопустимым. Оказывается, в декабре 2020 года между ГУЗ ЦГКБ Ульяновска и ГУЗ ЦК МСЧ был заключен контракт на оказание услуг по вскрытию тел умерших от коронавирусной инфекции людей. Срок оказания услуг согласно договору был определен с 2 декабря по 31 декабря 2020 года, то есть фактически один месяц. В Центральную городскую больницу из МСЧ доставляли на вскрытие трупы с 5-ой категорией сложности, судя по всему из-за опасности заражения ковидом. В суде стороны озвучили стоимость одного вскрытия в размере от 500 до 600 рублей. Спор больниц возник из-за того, что хозяйствующие субъекты запутались в отсчете сроков оказания услуг и количестве вскрытых по договору трупов.

Представитель ЦГКБ указала на пункт в договоре, где есть оговорка, что заключенный контракт распространяется на правоотношения, возникшие с момента оказания услуг исполнителем. Подобная лазейка используется в госзакупках много лет и часто «прокатывает», когда мелкие контракты оформляют «задним числом» не нарушая закон. Но в ситуации со вскрытием такого количества трупов причем от ковида Центральная городская больница сильно промахнулась, чем и воспользовалось руководство ЦК МСЧ.

В материалах дела имеется спорный реестр трупов, который участники дела называют «выполненными работами». Представитель ЦГКБ не смогла вразумительно ответить ни на один вопрос судьи, каждый раз переадресовывая их экономистам учреждения, присутствие которых обеспечено не было.

Представитель ответчика заявила, что исковые требования они считают необоснованными, потому что срок оказания услуг составляет менее календарного месяца. Кроме того, в рамках данного контракта не было подписано ни одного акта. Зато в марте 2022 года, после того как ЦГКБ возглавил главный врач Павел Фирсов, больница сразу выставила один акт на всю сумму сразу. При этом в рамках заключенного контракта, по утверждению представителя МСЧ, трупы в ЦГКБ не направлялись.

По словам представителя ответчика, услуги по вскрытию в ГУЗ ЦГКБ, например, в 2019 или в 2022 годы, оказывали медсанчасти в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования, то есть за государственный счет. Для чего между ЦГКБ и МСЧ в 2020 году был экстренно оформлен договор на вскрытие умерших от ковида — на заседании никто так и не понял.

На вопрос судьи к истцу, бьется ли по реестру и сумме количество оказанных услуг, представительница ЦГКБ ответила утвердительно. Таким образом получается, что, по мнению истца, ЦГКБ оказала в определенный период 2020 года услуги по вскрытию на 4,1 млн руб. Если взять по верхнему заявленному порогу цены на одно вскрытие 600 руб, то простым методом деления можно подсчитать общее количество умерших от ковида. И это только по одной больнице. Точную цифру назвать невозможно, однако ясно одно, что реальная статистика может сильно отличаться от официальной.

Судебное заседание перенесли на 14 июня и его уже могут официально закрыть даже от прессы, поскольку подробности дела могут пролить шокирующие факты о количестве умерших.

Константин Толкачев