Уже давно средь ульяновского люда ходят толки, мол, хуже нет, чем попасть в руки эскулапов из Медсанчасти. То и дело всплывают истории пациентов больницы, прослушав которые хворые выздоравливают, здоровые становятся бодрее от греха подальше. Размеренное и никем неуправляемое медбезобразие срослось с нашими буднями словно данность. Люди даже где-то смирилась с наличием такого учреждения. Как говориться, и такому место быть. Однако, происходящее за стенами лечебницы ныне заставляет содрогнуться от ужаса даже бывалого.

АДОВО МЕСТО

Семья нашей героини Екатерины будет теперь не просто обходить стороной территорию Медсанчасти, а шарахаться только от одного напоминания. За две недели в бездну распиаренного властями COVID-19 и созданного для якобы борьбы с ним искусственного могильника под названием ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть» засосало сразу двоих близких людей женщины.

Рассказывает Екатерина:

- Все началось около трех недель назад, когда мой родной дядя находился на лечении в ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница. Дело в том, у него целый комплекс заболеваний, включая сердечно-сосудистые, сухую гангрену почек, ревматоидный артрит и еще много чего. Сами понимаете, стационарное лечение он должен проходить регулярно. Так вот, в палату к нему как-то пришли двое совершенно раздетых, с точки зрения средств индивидуальной защиты, лаборантов, взяли какие-то анализы, а потом, через пару дней сообщили ему, что у него COVID-19. В спешном порядке моего родственника транспортируют вечером в 22:00 14 мая в ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть». Мы об этом узнаем спустя лишь два дня. К тому моменту мы уже во всю его разыскивали. Обнаружив, наконец, след, мы несколько раз пытались связаться с его лечащим врачом уже в Медсанчасти, чтобы выяснить, какие процедуры и лекарства назначены, ведь до сих пор, фактически все требуемые медикаменты закупались нами лично. Однако нам сказали, ничего не нужно, мол, у них все есть. Мы удивились, потому решили уточнить, что же есть… На это ушло 10 дней. В результате выяснилось, моего дядю лечат исключительно от COVID-19, пичкая универсальным во все времена физраствором. Более никакого лечения ему назначено не было, как не продолжались и процедуры по хроническим заболеваниям. О чем говорить, если даже мерить давление он, почти неходячий инвалид, пробирался сам на пост к медсестре, которой, к слову, никогда не было на месте. Существует ли она вообще, тоже большой вопрос.

Пребывание пациента в застенках Медсанчасти больше начинало напоминать семье добивание, нежели спасение. Действия медиков, а точнее их бездействие, привели к тому, что у больного случился сердечный приступ. Он повис на волосок от смерти и был препровожден в реанимацию.

По словам Екатерины,  семья несколько дней билась в попытках дозвониться до отделения реанимации больницы. Безуспешно. (Отметим, в связи с карантинными мерами все контакты между больными, заключенными в стенах лечебного учреждения, и внешним миром строго ограничены и контролируются, - прим.ред.) После звонка в Министерство здравоохранения области, родственники обзавелись еще десятком номеров, по которым можно продолжить поиски родного человека. Несколько часов безустанного набора и чудо произошло.

- В реанимации, наконец-то, взяли трубку. Когда я произнесла фамилию пациента, на том конце провода человек прямо разразился негодованием, мол, надоели мы ему со своим родственником и вообще он уже не в реанимации, а где-то на территории больницы. Я попросила представиться. Мне в категоричной и даже грубой форме отказали. Тогда я пригрозила жалобой. Ответ сразил: «Да ради Бога. Много тут вас таких жалобщиков. Достали!». Что ж, жалобу в Министерство я все-таки написала. Спустя два дня мне позвонили. Женщина представилась заместителем главного врача и сообщила, что мой дядя находится на аппарате ИВЛ в небулайзерной с диагнозом двухстороння пневмония. При этом, она подтвердила, повторные анализы на COVID-19 оказались отрицательными. «Так почему же вы лечили его 10 дней от вируса, забыв про жизненно необходимые медпроцедуры?» - этот вопрос повис в воздухе, ответить замглавного мне не смогла на него, - говорит Екатерина.

Впрочем, это и понятно. Как врач смогла бы объяснить тот факт, что в своей погоне за вирусной статистикой они просто-напросто забили даже заглянуть в медкарту и выписку, прибывшую вместе с больным из Центральной областной? Да никак!

Бог милостив к страждущим (в данном конкретном случае этого не отнять), состояние родственника Екатерины улучшилось. Он был вновь возвращен в обычную палату. Для близких этот этап ознаменован новыми поисками. Спустя десятки дозвонов и прозвонов, заплутавшего в отделениях Медсанчасти пациента все же нашли. Оправдала себя и настойчивость. Доктора учреждения все же решили ознакомиться с картой истории болезни и даже представили список необходимых лекарств.

Комментирует ситуацию Екатерина:

- Думаете на этом злоключения закончились? Три раза грустное «Ха!...». Есть подозрения, что все еще впереди…На эту мысль наталкивает тот факт, что, дождавшись уже профильного назначения лекарственных средств, схватив список, я помчалась закупаться. В списке есть один жизненно необходимый моему дяде медикамент, баночка которого стоит 700 рублей (это важно). Я прибежала в больницу со спасительным пузырьком, но, когда передавала его через окно приема передач, вдруг что-то йокнуло. Я спросила у медсестры, когда конкретно лекарство будет у больного. Мне ответили: «Когда будет, тогда будет. Из-за одной баночки я бегать по этажам не стану». Так получилось, «по этажам бегать» эта дама в тот день не думала вовсе, она просто забыла-забила. Лекарство же, как выяснилось на следующий день, потерялось.

Вообще забЫвчивость сродная забИвчивости некий бич медперсонала данной лечебницы. Пациенты рассказывают, что здесь запамятовать могут не только о процедурах и пилюлях, но о людях в целом. Так, например, совсем недавно забыли, что больных надо кормить обедом…ну, так, невзначай….

Сегодня родственники надеются, что в ближайшие дни у них получится вырвать человека из рук эскулапов и было бы здорово, коли еще живого…ведь двое из его палаты домой своими ногами уже не вернутся…

- Когда мы разговаривали с лечащим врачом моего дяди в Центральной областной больнице, после его перевода в Медсанчасть, нам была брошена такая фраза: «Долго он там не протянет…». Теперь я понимаю всю горькую суть ее значения. Такое впечатление, людей туда свозят умирать ради статистики COVID-19. А врачи? Что врачи? Они и до этого не славились заботой и профессионализмом, а теперь и вовсе остервенели, словно больные виноваты, что их-медиков запечатали в СИЗ и вынуждают работать. Страшное дело…Но пережитый нами кошмар в застенках Медсанчасти оказался не последним, - продолжает Екатерина свой рассказ.

ЖЕРТВА НА АЛТАРЬ COVID-19

Жестокий удар настиг семью Екатерины, когда у первой истории вроде бы замаячил счастливый конец и появилась надежда спасти дядю женщины от «врачевания до смерти». Три дня назад у ее снохи случился сердечный приступ.

- У нее порок сердца с рождения. 40 лет она как-то с этим жила. И вот теперь… Случился приступ. Она вызвала скорую, которая доставила ее в приемный покой БСМП. Пока оформляли документы ее угораздило покашлять. Тут же все всполошились. Врач приемного покоя на глаз поставила диагноз COVID-19 и вызвала машину скорой, чтобы отправить ее в хорошо нам известную уже Медсанчасть. Никого даже не смутило, что с таким диагнозом нарушение дыхания естественное явление, которое часто и вызывает отдышку и кашель. В общем, вот так крутой спец БСМП прописал ей дорогу в могилу. Мою родственницу доставили в Медсанчасть и бросили уже там в приемном покое, - вспоминает Екатерина.

По словам близких, молодая женщина провела без помощи в приемном покое Медсанчасти более 6 часов! Состояние ее ухудшилось, она вынуждена была позвонить матери, которая примчалась и привезла с собой медицинскую карту истории болезни дочери чуть ли ни с рождения, чтобы доказать врачам, спасать женщину надо не от коронавируса. Еще два часа понадобилось, чтобы врачи Медсанчасти пришли к умозаключению: «Никакого COVID-19 у больной нет, так что делать ей в нашей больнице нечего! Визите ее обратно в БСМП. Только машин у нас нет для таких прогулок, потому сами выкручивайтесь!».

Говорит Екатерина:

- Машин нет!.. И это в то время, как на стоянке у них три спецмашины припарковано было! «Как же так, - взмолилась я. – Она ведь умирает!». Мне ответили просто: «Что вы хотите еще от нас?! Вам все сказали! Больная не наша!». Делать нечего, спасать умирающую нам пришлось самим. Подхватили ее под руки и понесли бегом-быстрей к своей машине, припаркованной у ворот… И не донесли. Она умерла фактически у меня на руках. Но тогда казалось, что надежда еще есть. Очень хотелось в это верить. И я быстрее ветра помчалась обратно в приемный покой Медсанчасти. Боже! Это ж на их территории ЧП фактически! По-другому объяснить тот факт, что на мои вопли выбежали врачи и, словно ошпаренные, кинулись к матери, на руках которой повисло бездыханное, еще теплое тело дочери. Они схватили уже мертвую женщину и утащили в какой-то кабинет. Затем были бесконечно долгие 10 минут тишины, прерванные: «Смерть констатирована 1:00 31 мая 2020 года». Знаете, от всего этого у меня ноги зацементировало, трудно передать ощущения… В 1:00 31 мая зафиксирована смерть моей веры в нашу медицину и человечность. Мир сошел с ума в своей циничности и жестокости!

Между тем на тело умершей, от которой менее получаса назад отрекались всеми фибрами, в Медсанчасти наложили вето.

- Отдать нам тело сразу, конечно, не отдали, мол, вскрытие надо провести. «Завтра приходите!» - сказали. Но и завтра снова послали нас в завтра, и в новом завтра послали уже в следующее завтра. Я не удивлюсь, если причиной смерти по результатам вскрытия станет COVID-19, - вздыхает Екатерина.

Может это совпадение, случайность, стечение обстоятельств, но именно 31 мая было объявлено о 8-ой смерти от коронавируса в Ульяновске.

В СУХОМ ОСТАТКЕ

Мы не в коем случае не намереваемся умалить опасность и вредоносность COVID-19, мы не ставим под сомнения его существование в принципе. Однако факты говорят сами за себя. Люд наш гибнет во имя процветания пиара нового вируса, гибнет не от самого вируса, а от отсутствия достойного оказания медицинской помощи. Правда, пенять все только на нехватку оборудования и медикаментов тоже неразумно. Надо признать, у нас, как вид, исчезают врачи - истинные профессионалы по призванию. Потому большой вопрос: что делают участники всех этих ужасных историй в больнице, да еще и в белых халатах при исполнении? При исполнении чего только? Возможно, где-то есть медгерои, но, не здесь, не в стенах ульяновских больниц Медсанчасть (ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть»), ЦГБ (ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница»), БСМП (ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России Е.М. Чучкалова»). И вообще, может пора заканчивать с этим героизмом ради героизма. Как сказал один умный человек, те, кто выбрал своей профессией спасть, учить и лечить людей, уже гори и здесь не надо лишних слов и сантиментов…У нас уже получаются пока только речи во славу непонятно чего и кого и статистика, за каждой цифрой которой человеческая жизнь, принесенная в жертву пиара.

В этих условиях становится любопытно, если сверху прикажут увеличить количество смертей от COVID-19, в Медсанчасти заморят всех больных? Сколько еще невинно убиенных понадобиться, чтобы наконец-то лоббирующие корону насытились? Что нужно сделать уже сегодня, чтобы остановить этот узаконенный холокост мирного времени?...

P.S. Пока наш материал готовился к печати, стало известно, тело молодой женщины, все же передано родственникам для погребения. Более того, удалось добиться перевода дяди Екатерины в ГУЗ «Ульяновский областной клинический госпиталь ветеранов войн». Теперь семья намерена призвать к ответственности всех прямо и косвенно виновных действующих лиц этих скорбных событий.