Женщина просила у «скорой» перекись, а получила ногой в грудь

Редакции ЦИА «Сеть» стало известно о вопиющем случае, который ставит под сомнение организацию системы врачебной помощи людям в Сенгилее и профпригодность местных медиков.

То, что в связи с пандемией многие медицинские организации перепрофилировали под лечение коронавируса, ни для кого секретом не является. Но неужели другие болезни перестали существовать? Или ковид обнажил проблемы, давно существующие в нашем здравоохранении? В любом случае то, что произошло с жительницей Сенгилея Еленой Матяшиной, в рамки нормы никак не укладывается. Случай требует пристального внимания правительства и профильного министерства – как минимум.

На днях в городе Сенгилее Ульяновской области к соседке Елены Геннадьевны, наконец (после 3 недель ожидания, на минуточку!), приехала «скорая помощь» – взять мазок на «корону». До этого почти месяц медики не приезжали на вызов: якобы в больнице не было специальных палочек. Чтобы медсестра могла пройти к больной, Матяшина пошла придержать соседскую собаку.

– Собака никого у них не пускает – только членов семьи признает и меня, – рассказывает Елена Геннадьевна. – Пока медсестра проходила, пёс, видимо, на чужих среагировал и меня укусил.

За помощью Матяшина обратилась в карету «скорой помощи» – только вот помощь ей и не оказали: отправили домой. Водитель сперва объяснял женщине, что машина не укомплектована – мол, они просто ездят и берут мазки, а позже вовсе решил закрыться в салоне и ударил несостоявшуюся пациентку.

– Я просила у «скорой» перекись – хотя бы рану обработать, я бы до дома не дошла, у меня со здоровьем проблемы: с сердцем, со свертываемостью крови, – вспоминает Елена Геннадьевна. – Водитель мне говорит: «У вас дома перекись должна быть». Он, видимо, дверь решил закрыть и пихнул меня в грудь ногой. Хорошо, я успела сгруппироваться.

Рану Матяшиной никто так и не обработал: медики уехали, не оказав помощь нуждающемуся человеку, что в принципе противоречит клятве врача. Кровь от укуса у Елены Геннадьевны не останавливалась несколько часов кряду, ушибленное при падении место на утро еще отзывалось болью.

За разъяснениями пострадавшая позвонила в больницу, но ничего вразумительного не услышала:

– У нас в городе творится непонятно что, начмедом пришел внук легендарного Тураева – Константин Тякин, видимо, карьеру делать, – комментирует наша собеседница. – Я всю ситуацию рассказала, а мне в ответ: «Эта машина только мазки берет, вы вообще не должны были к ней подходить. Нечего было лезть. А собака и всё прочее – ваши проблемы». И отключились. Вот зачем бы мне в машину надо было, как они выразились, «лезть»? Я же не враг сама себе. Там медсестра была в антиковидном костюме, а водитель – только в маске. Я сама себе помощь уже дома оказала, но как может машина «скорой» быть не укомплектована? Так не должно быть.

Как выяснилось позже, на вызове в тот день дежурили водитель Новиков и медсестра Балахиева. Ни извинений, ни заинтересованности в состоянии здоровья Матяшина от них так и не дождалась. Руководство больницы тоже участия к судьбе оставленной без помощи женщины не проявило.

Случай в самом деле показал многие, многие существующие в системе здравоохранения проблемы. И оставление человека без помощи в ситуации, когда он нуждается в лечении, и самоуправство медиков, остающееся без внимания руководства, и та «оперативность», с которой эскулапы выезжают к ковидным больным – хотя если уж «скорой» «разрешено» высшими силами пренебрегать всем, кроме мазков, то почему ждать приходится неделями? 

И кто вообще смог так легко распорядиться человеческим здоровьем, жизнями? Кто определил, на что медики могут реагировать, а что оставлять без внимания? Множество вопросов без адекватных ответов. Картина вырисовывается страшная, и самое время заинтересоваться ею высшим эшелонам нашей региональной власти.