Смерть краеведа Сергея Петрова стала не только частной трагедией.

Фактически она явилась очень важной точкой, переломным моментом, когда стало понятно, что мы потеряли не просто личность. Давайте на минуту остановимся и попробуем оглядеться.

В Ульяновске не осталось настоящих общественных активистов, людей, которые действительно любят свой регион, вне зависимости от того, кто стоит у власти – генерал Шаманов, обещавший навести порядок, или Морозов со своими дирижаблями, или коммунист Русских, уже тоже много чего обещавший ульяновцам.

Однако и раньше, и сейчас Ульяновск нуждается в защите. Причем чаще всего как от хамоватого бизнеса, так и от самих властей. Вы можете меня критиковать сколько угодно, но раньше поднять шум мог тот же Гринберг. Порой активно воевал покойный ныне Плужников. Мог жесткую позицию обозначить Кругликов. Никто из них не святой, но в регионе были голоса, была общественная сила, с которой власти приходилось мириться.

Был тот же Долинин, поменявший кучу постов при Морозове. Но к его чести – и он мог быть эффективным. Прекрасно помню, как на посту главы Госэконадзора именно он не раз помогал остановить ряд незаконных вырубок в городе. Так и Долинин уехал из Ульяновска. Алексей Куринный, некогда активно встававший на защиту интересов граждан, сегодня все больше и больше уходит из местной повестки. Увы…

В итоге гражданское общество в Ульяновске выжжено, его уже нет как такового. Место активистов все чаще и чаще занимают совершенно непонятные личности, в том числе из прожирающей бюджетные деньги Общественной палаты. Она вообще, на мой взгляд, девальвировалась настолько, что сегодня не выполняет даже имитационных функций. Как по мне, так палата стала средством удовлетворения амбиций отдельных граждан.

Полное безразличие, тотальное равнодушие – вот, что сегодня мы наблюдаем в Ульяновске. Этой атмосферой активно и пользуются приезжие управленцы. Их ровным счетом ничего не связывает с нашим городом, нашим регионом – они готовы тут и рубить, и пилить, называйте, как хотите. Настоящих буйных не то что мало – их не осталось.

Именно поэтому сегодня «кейс Марриотта» выглядит почти как чудо: сейчас уже трудно представить такую победу общества. А прошло не так много лет.

Михаил Белый